Русская лирика в романсе

Поэтому и эстрада тех лет была ориентирована в основном на народную и советскую песню.  Популярности этих произведений на эстраде способствовало творчество многих известных певцов того времени, но особенно - Леонида Осиповича Утесова  (1895-1982).

Его артистическая жизнь началась еще в предреволю­ционное время, когда Утесов выступал с различными музыкально-эксцентрическими номерами.

В 1928 году он явился организатором первого в стране Теаджаза (джаза, в котором концертные программы но­сили театрализованный характер). Но главной особен­ностью этих программ был сам Утесов, неповторимый исполнитель песен, романсов, куплетов.

«Наш советский джаз, - писал И. О. Дунаевский, - никогда ничего общего не имел с американским джазом. Он, к нашему несчастью, никогда не обладал высокой технической мощью западного джаза и, к нашему счастью, никогда не обладал его отталкивающей ритмикой». Ду­наевский говорил о том, что именно «русская народная песенность, склад русского народного слуха преодолевали эти черты джаза».

Коллектив Л. Утесова и был таким джазом, во многом связанным с традициями русской и советской песни, бы­тового и эстрадного романса.

«В чем причина успеха Утесова? - писал Ю. Дмит­риев,- почему в его исполнении песни приобретают осо­бую лирическую задушевность? Голос Утесова мягкого тембра, но он очень невелик… Вокальная сторона вообще не занимает у него первого места. Утесова… интересует другое: содержание, смысл песни. Вот смысл он и стремит­ся прежде всего донести до слушателя».

Л. О. Утесов стал пропагандистом лучших советских лирико-гражданских песен на эстраде. Он первым создал образ песни «Гренада» с музыкой К. Листова и стихами Михаила Светлова (1903-1964). Позже «Гренада» полу­чила множество музыкальных интерпретаций в твор­честве современных «бардов» и «менестрелей».

Утесов выразил лирическую душу казачьей песни «Полюшко-поле» Л. Книппера на слова В. Гусева:

«… Пел Утесов. Голос певца, несильный, с чуть замет­ной хрипотцой, проникал в душу, тревожил, волновал. А песня мужала, наливалась силой…» Он стал неповто­римым исполнителем и эстрадных песен-романсов, созда­ваемых композиторами в танцевальных ритмах 30-х го­дов.

Популярное танго композитора В. Сидорова на слова А. Д’Актиля, с большим успехом исполнявшееся на эстра­де не только Утесовым, но и другими певцами, типично по своим стилистическим признакам для жанра песни-романса тех лет. В его начальной части - короткие му­зыкальные фразы с повторами, с итоговым завершением, перерастающем в более широкую по мелодике и распеву среднюю часть:

«У меня есть сердце, а у сердца - песня, а у песни - тайна, хочешь - отгадай?»

И далее идет возвращение первого музыкального образа, но уже с новыми словами. Схема танго проста, она по­вторялась во множестве сочинений той поры, но извест­ность пришла к немногим. Там, где композитору удавалось сохранить теплоту интонаций старых романсов бытового характера и умело сочетать их с современными ритмами, возникало новое звучание, которое воспринималось и запоминалось слушателями быстрее, оставаясь надолго в па­мяти.

Многие бытовые романсы и песни той поры как бы разделялись на два эмоциональных потока: с одной сто­роны, безудержное веселье, ухарство, беспечность, свое­образное «трын-трава». С другой - разочарование, над­лом, душевные страдания, любовная тоска, ревность, безысходность.

В этом втором эмоциональном ключе было выдержа­но творчество талантливого поэта, композитора и испол­нителя Александра Николаевича Вертинского (1889- 1957), заявившее о себе после 1910 года.

Он выходил на сцену в маске Пьеро, символизируя уже внешними актерскими приемами существо своего номера, выражающее состояние жизненных разочарова­ний, нравственных утрат. По сути, искусство Вертинского предреволюционных лет - это отражение декадентства (от французского слова decadence - упадок), явления, распространившегося в русском искусстве вслед за Фран­цией, где оно и родилось в творчестве П. Верлена, А. Рембо и других.

Там это было вызвано крушением революционных идеалов Парижской Коммуны. В России - в связи с поражением народничества конца XIX века и послерево­люционной тиранией царизма.

А. Н. Вертинский нашел тот единственный путь к завоеванию симпатий многочисленной, бегущей от дей­ствительности в мир грез, интеллигентствующей публики, создавая свои многочисленные «Ариэтки Пьеро», а по су­ти, изысканные по музыкальному языку и форме вокаль­ные произведения, близкие салонному романсу.

Вертинского любили слушать представители художе­ственной среды, русское офицерство, буржуазия, студен­чество и самый широкий круг столичной и провинци­альной интеллигенции. Его романсы «Минуточка», «Ма­ленький креольчик», «Лиловый негр», «Попугай Флобер», «Кокаинетка», «Оловянное сердце», «Ваши пальцы пахнут ладаном» и другие пользовались большой попу­лярностью.

Музыкальная жизнь России до 1917 года складывалась не только из звучания камерно-вокальных жанров. В пол­ную силу функционировали императорские и частные оперные театры. На сцене Большого театра в Москве и Мариинского в Петербурге (Петрограде) звучали голоса многих замечательных русских певцов, в том числе - Федора Ивановича Шалйпина (1873-1938), Антонины Васильевны Неждановой (1873-1950), Леонида Виталь­евича Собинова (1872-1934), Григория Степановича Пирогова (1885-1931) и других. В 1916 году в эту пле­яду включилась молодая певица Надежда Андреевна Обухова (1886-1961), до театра выступавшая как кон­цертная певица. Все эти артисты, помимо оперных партий, пели камерный репертуар, в частности романсы. Напри­мер, в репертуаре А. В. Неждановой было более 700 во­кальных произведений концертного репертуара, песен, романсов, баллад, баркарол.

Концерты этих артистов были заметным явлением в музыкальной жизни России.

Звучала симфоническая музыка. Высокого уровня достигло хоровое искусство, особенно любительские хо­ры из рабочих, студентов, других объединений. Звучала музыка духовых оркестров, которые выступали в обще­доступных парках и садах, играя классические произведе­ния, популярные мелодии старинных вальсов, фантазии из опер и оперетт, марши и песни.

На этом фоне романс представлялся лишь одной из красок, но и в его судьбе отразились все противоречия времени.

К жанру романса обращались и обращаются многие композиторы. Для некоторых эта форма вокальной музыки являлась и является своеобразным дневником ярких впечатлений, душевной исповедью. Для других романсы служат эскизами к более крупным произведе­ниям. Третьи видят в романсе трибуну для провозгла­шения философских идей. Гибкая форма романса вбирает в себя и лирическое озарение, и публицисти­ческий монолог, и сатирическую зарисовку, и элегиче­скую исповедь. Достаточно вспомнить такие романсы, как «Я помню чудное мгновенье» (М. Глинка - А. Пуш­кин), «Голос из хора» (Г. Свиридов - А. Блок), «Титу­лярный советник» (А. Даргомыжский - В. Курочкин), «Для берегов отчизны дальной» (А. Бородин - А. Пуш­кин).

Как бы масштабно ни развивалось творчество компо­зитора, в его замыслах, как правило, всегда находилось место и для романса. Мы все знаем оперы М. И. Глинки «Иван Сусанин», «Руслан и Людмила», являющиеся образцом русской классической музыки. Но не менее известны и романсы композитора: «Не искушай меня без нужды» на стихи Е. Баратынского, «В крови горит огонь желаний» на стихи А. Пушкина, «Венецианская ночь» на слова И. Козлова, песня-романс «Жаворонок» на слова Н. Кукольника. А всего Глинка создал около 80 вокальных произведений, которые звучат, живут, радуют и сегодня, хотя со времени их написания прошло более ста лет.

Традиции, заложенные Глинкой и его современниками, композиторами первой половины XIX века, были про­должены последующими поколениями. Творчески пере­осмысленные согласно времени и иным художественным задачам, они живут и сегодня.

Советские композиторы - как старшего поколения, так и творческая молодежь - постоянно обращаются к этому классическому жанру вокальной музыки. Мы сегодня слышим их романсы не только в концертном исполнении, но и в кино, радио и телевизионных переда­чах, звучат они и в эстрадных программах.

Интерес к романсу, вернее, новая волна интереса к этому старинному жанру, ярко проявившаяся в конце 50-х годов, увлекла огромные массы слушателей. И сего­дня концерт русского романса пользуется не меньшей популярностью, чем выступление эстрадных звезд. Увлече­ние жанром романса переживает и такая область худо­жественного творчества, как современная самодеятельная песня или искусство современных бардов и менестрелей. И в этом есть определенная закономерность.